Недобросовестное поведение кредитора в банкротстве

Недобросовестное поведение участников банкротства

Недобросовестное поведение кредитора в банкротстве

За последние несколько лет законодателем было предпринято большое количество шагов, направленных на предотвращение недобросовестного поведения участников банкротства, ведь банкротство — это тот институт, в котором грань между попыткой должника спасти компанию от дефолта и незаконным выводом активов, равно как и кредиторов получить справедливое удовлетворение и пустить должника, а зачастую и других кредиторе по миру, — очень зыбка и не всегда различима.

Данная статья, как нам видится, может быть руководством для участников банкротства действовать добросовестно, не нанося ударов оппонентам below the belt (ниже пояса -прим.

автора), так как в банкротстве, как и в боксе, за это снимаются очки, причем практика различения недобросовестного поведения в отечественном правопорядке становится богаче, равно как и возможности защиты от такого поведения.Итак, участниками дел о банкротстве, помимо должника и кредитора являются еще арбитражные управляющие.

Существует расхожее мнение, что главное в банкротстве — назначить “своего”, т.е. подконтрольного управляющего, а для этого достаточно первым заявить о банкротстве, чем ранее активно пользовались должники. Однако с 2015 года должник потерял право влиять на назначение управляющего. Арбитражную организацию выбирает суд, а организация назначает управляющего.

За деятельностью управляющего следит собрание кредиторов.

Любое действие управляющего, которое может поставить под сомнение добросовестность его намерений в поиске активов должника, оспаривании сомнительных сделок должника, подготовке справедливого и полного финансового заключения, оценки активов, организации открытых торгов — может быть оспорено кредиторами, не редки также случаи привлечения к ответственности арбитражных управляющих за незаконные и недобросовестные действия в процессе участия в процедуре банкротства.Как показывает российская практика, недобросовестные должники начинают готовиться к банкротству заранее.

Первое, что пытаются предпринять представители компании, неизбежно стремящейся к банкротству — вывести активы. Глава 3 закона о банкротстве позволяет лицам, указанным в законе оспаривать сомнительные сделки. При оспаривании сомнительных сделок следует обращать внимание суда на следующие факты:

• ранее сделки такого рода или на такие суммы с данным контрагентом не заключались;• операция не находит подтверждения в бухгалтерской отчетности;• отсутствует экономическая целесообразность сделки (кроме формирования дружественного кредитора);• отсутствует техническая возможность осуществления подобной сделки (например, крупная закупка товара, который негде было бы хранить);• налицо быстрая перепродажа при отсутствии экономического смысла операции;• немотивированное долгое ожидание кредитора и заявление своих требований только в банкротстве;• аффилированность (наличие подтвержденной связи между должником и кредитором).

Другая возможность возместить потери кредиторам — привлечь к субсидиарной ответственности руководителей, совершивших сделки в ущерб своей организации. Такую возможность дает статья 10 “закона о банкротстве”, также в соответствии со ст. 10 закона, суд рассматривает заявление о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве.

Данное положение разъясняется 62-м постановлением Пленума ВАС РФ, в котором говорится, что директор или участники, если они знали или должны были знать о том, что в результате их действий или бездействия при совершении сделки обществу может быть причинен вред. К таким сделкам могут быть отнесены, как сделки, перечисленные выше в данной статье, так и сделки с фирмами-однодневками.

Здесь следует учесть, что если директор организации в целях “оптимизации” налоговой базы прибегает к услугам фиктивных контрагентов, такие сделки, хоть формально были заключены в интересах общества и его бенефициаров, но против публичного интереса, а соответственно, помимо гражданско-правовой ответственности, директора и его бенефициаров, в случае установления очевидной связи может ожидать и уголовная ответственность.

Директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные убытки и в случаях недобросовестного или неразумного осуществления обязанностей по выбору контрагентов по гражданско-правовым договорам, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом. Иски о взыскании убытков с бывшего менеджмента подает конкурсный управляющий.

Другое часто встречающееся злоупотребление должника — это формирование “дружественной” кредиторской задолженности.

В нашей системе права не действует принцип антидатирования, как, например, в германской, в соответствии с которым нельзя ссылаться на дату, которая не подтверждена нотариально, поэтому должники часто заключают договоры “задним числом”, прибегая к техникам состаривания бумаги и чернил, что однако, в большинстве случаев выявляется экспертизой, о чем должен ходатайствовать арбитражный управляющий или кредитор в процедуре банкротства, если налицо явная фальсификация или отсутствие финансовых операций, подтверждающих договор, могут быть установлены — дополнительное привлечение эксперта не потребуется.Суды легко распознают такие схемы, об этом свидетельствует судебная практика.Чтобы нарастить задолженность лица, как правило, используют договоры оказания услуг, перевозки, а также различные конструкции с векселями. Добросовестный кредитор может противостоять этим действиям несколькими способами.Возражения относительно заявленных требований. Для внешнего или конкурсного управляющего будет не правом, а обязанностью.

Недобросовестные должники часто прибегают к так называемому “просуживанию” долга через третейские суды. Но и такая практика создает лишь видимость надежности недобросовестной защиты, стандарт доказывания кредиторами “просуженной” задолженности ниже и требует лишь подтвердить существенное сомнений в наличии долга. При этом кредитор по такому решению третейского разбирательства, подозреваемый в недобросовестности и настаивавший на наличии долга, уже должен будет опровергнуть эти сомнения, предъявив доказательства своих правоотношений с банкротом. Подобная практика сформировалась на базе доктрины reasonable doubt и принципа предоставления доказательств prima facie, которые активно применяются в банкроты процессах США, стране где банкротом производство намного старше и богаче в силу экономических и исторических предпосылок, посему закономерно выступает флагманом в формировании подходов к урегулированию банкроты споров (см. напр. Carroll v. Boston Elevated R., 200 Mass. 527, and cases there cited. See als Wigmore Evidence, chap. lx).

Последним и, пожалуй, самым распространенным этапом недобросовестного поведения в банкротстве является злоупотребление на торгах.

От попыток недопустимо участника на торги в связи с техническим сбоем до попыток манипулирования торгами — существует огромное множество уловок, с которыми целенаправленно и плодотворно борются Верховный суд, а ранее ВАС и законодатель, последовательно осмысляя практику высших судов усовершенствует положения закона “о банкротстве”, в частности о торгах и их проведении, так на сегодняшний день недобросовестными признаются действия взаимосвязанных участников на торгах с целью препятствия добросовестному участнику; использование “торговых роботов” — программ, которые подтверждают минимальную ставку на аукционе; искажение информации об имуществе должника, реализуемом с торгов; саботирование торгов при помощи подачи заявок с преднамеренно совершенными ошибками и так далее — таких схем существует множество, однако большинство из них известны банкротным юристам, а результаты торгов могут быть оспорены добросовестным кредитором по правилам статьи 449 ГК РФ.
В отдельный пул вопросов следует выделить практику недобросовестной ликвидации юридических лиц через применение процедуры банкротства юридических лиц в соответствии с законом 127-ФЗ. Подобная практика начала действительно эффективно пресекаться только в последние годы, когда принцип добросовестности глубоко проникая в институт банкротства и, раскрываемый в постановлениях Пленумов ВАС и ВС, изменении законодательства в сторону ухода от формализма при разрешении банкроты споров, позволил выработать ряд эффективных механизмов борьбы с недобросовестностью и злоупотреблением, прикрываемыми следованию букве закона, в обход его цели, смысла и духа.

Брисов Юрий Владимирович, учредитель юридической фирмы LegalSupport

http://sibadvokat.ru/magazine/nedobrosovestnoe-povedenie-uchastnikov-bankrotstva?_utl_t=

Источник: https://zakon.ru/blog/2017/3/7/nedobrosovestnoe_povedenie_uchastnikov_bankrotstva

Эксперт: Зачастую кредиторы злоупотребляют своими правами

Недобросовестное поведение кредитора в банкротстве

Последние пару лет ВАС РФ часто разъясняет те или иные вопросы, связанные с банкротством. Наиболее интересными из разъяснений являются постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. N 35 и от 15 февраля 2013 г. N 16.

Любая компания сталкивает с процедурой разрешения претензий своих контрагентов. Контрагенты, полагая свои требования и действия законными, начинают направлять должнику требования об оплате задолженности, содержащие и информацию о том, что кредитор оставляет за собой право возбудить в отношении должника процедуру несостоятельности (банкротства). Правомерно ли такое поведение?

Инициировать в отношении должника процедуру банкротства возможно исключительно при соблюдении требований, установленных п.2 ст. 3, п.п.2 и 3 ст.6, п.2 ст.7 Закона “О несостоятельности (банкротстве)”.

Для возбуждения производства по делу о банкротстве по заявлению конкурсного кредитора, а также по заявлению уполномоченного органа по денежным обязательствам принимаются во внимание требования, подтвержденные вступившим в законную силу решением суда, арбитражного суда, третейского суда.

Право на обращение в арбитражный суд возникает у конкурсного кредитора, уполномоченного органа по денежным обязательствам с даты вступления в законную силу решения суда, арбитражного суда или третейского суда о взыскании с должника денежных средств.

Несмотря на то, что законом о несостоятельности установлена прямая зависимость возможности подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) от наличия/отсутствия вступившего в законную силу судебного акта прецеденты подачи заявлений о признании должника банкротом без вступивших в законную силу судебных актов случаются.

Такие заявления для должника являются неприятными и, при отсутствии в штате юриста, вызывают опасения. В данном случае окончательную точку поставил ВАС РФ, разъяснив в постановлении N 35, что при подаче заявления кредитор обязан приобщить копию вступившего в законную силу судебного акта.

В противном случае такое заявление будет оставлено либо без движения, либо без рассмотрения.

Зачастую происходят случаи злоупотребления со стороны кредиторов всем объемом прав, предоставленным им законодательством.

Бывают ситуации, когда кредитор при неоконченном судебном процессе подает в качестве встречного искового заявления или заявляет самостоятельное судебное производство, заявление о признании должника банкротом.

В соответствии с позицией ВАС РФ, суды по таким заявлениям должны дать отказ в признании заявления обоснованным и отказать во введении процедуры наблюдения, поскольку самого факта ведения неоконченного судебного разбирательства в отношении требования кредитора недостаточно для его удовлетворения.

Иногда происходят ситуации, при которых кредитор принимает решение подать заявление с одним требованием, а в ходе рассмотрения его заявления меняет основания требований.

Должники, не видя особой разницы, соглашаются с этим изменением (по разным основаниям: кто-то от непонимания ситуации, кто-то по иным причинам), суды принимают изменение оснований требований в общем порядке.

Однако этой ситуацией могут воспользоваться недобросовестные кредиторы и, изменив основания первоначально заявленных требований, затребовать от должника больше, чем это необходимо, либо иным негативным образом использовать в свою пользу незнание должника. ВАС РФ меняет эту практику.

Судам необходимо учитывать, что в отличие от увеличения размера требования при изменении кредитором основания требования, на котором основано его заявление о признании должника банкротом, его заявление считается поданным в момент соответствующего изменения, что учитывается при определении последовательности рассмотрения заявлений о признании должника банкротом. Таким же образом следует квалифицировать и аналогичные заявления кредитора в отношении своего требования, предъявленного им в деле о банкротстве в порядке статей 71 или 100 закона о банкротстве. Соответствующие изменения направлены на защиту интересов должника от недобросовестных кредиторов.

Насколько должно быть обосновано заявление уполномоченного органа о привлечении должностных лиц должника к субсидиарной ответственности? Одним из наиболее интересных разъяснений и дополнений, в соответствии с постановлением N 16, стало уточнение обязанности уполномоченного органа о предоставлении исчерпывающих доказательств при заявлении в арбитражном суде заявления о привлечении к субсидиарной ответственности должностных лиц. Ранее судебная практика исходила из того, что обоснованность заявления о привлечении к субсидиарной ответственности должностных лиц рассматривалась исключительно в ходе рассмотрения такого заявления. Уполномоченный орган мог в любой момент заявить соответствующее заявление и, в случае недобросовестности отдельных лиц, выступающих от имени уполномоченных органов, у него появлялся определенный моральный рычаг на должностных лиц должника. После последнего разъяснения ВАС РФ уполномоченный орган должен предоставить доказательства, обосновывающие вероятность поступления в конкурсную массу имущества вследствие привлечения к ответственности лиц, несущих субсидиарную ответственность по обязательствам должника, или вследствие оспаривания сделок должника. Применительно к субсидиарной ответственности уполномоченный орган должен обосновать как наличие оснований, так и реальную возможность привлечения конкретных лиц к такой ответственности. Только в этом случае заявление должно быть принято арбитражным судом. Соответственно обоснованность, наличие доказательств таких заявлений в судах должно быть проверено до даты принятия заявления к производству. Такая позиция судов дает больше гарантий для должников и защищает их от использования заявления о привлечении к субсидиарной ответственности как рычага психологического воздействия, с одной стороны, с другой стороны – сокращает время, необходимое на рассмотрение обоснованности заявления. Однако, ВАС РФ достаточно жестко поставив, с одной стороны, требование о предоставлении исчерпывающих доказательств тут же смягчает и практически нивелирует это положение, добавляя, что: “принимая во внимание ограниченные возможности по сбору доказательств на стадии возбуждения дела о банкротстве, в связи с чем для его возбуждения по заявлению уполномоченного органа достаточно, чтобы такие доказательства подтверждали соответствующие обстоятельства с достаточной степенью вероятности”. Скоро увидим, как эти положения будут применяться.

Источник: https://rg.ru/2013/03/26/kredit.html

Должник неразумный и должник недобросовестный: когда гражданин не будет освобожден от долгов в результате дела о банкротстве?

Недобросовестное поведение кредитора в банкротстве

Согласно исследованиям, количество банкротств физических лиц в 2019 г. значительно выросло по сравнению с показателями предыдущего года1. Граждане прибегают к личному банкротству в целях освобождения от чрезмерной финансовой нагрузки, однако добиться желаемого результата получается далеко не всегда. Этому есть несколько причин.

Во-первых, должники (в контексте данной статьи — физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели, которые оказались неспособными удовлетворить требования кредиторов и в отношении которых возбуждено дело о банкротстве) не учитывают, что часть обязательств в любом случае сохраняется даже после завершения процедур банкротства.

Во-вторых, нередки ситуации, когда обязательства должника достигают критического объема не из-за его недостаточной финансовой грамотности, а в результате недобросовестного поведения гражданина, что влечет невозможность освобождения его от долгов.

О том, какое поведение гражданина признают недобросовестным, какими критериями руководствуются суды при рассмотрении вопроса об освобождении гражданина от долгов и как часто решение принимается не в пользу гражданина, читайте в материале.

Банкротство не всегда приводит к полному освобождению должника от его обязательств. Причем некоторые обязательства перед кредиторами сохраняются независимо от того, насколько добросовестно вел себя должник, а некоторые напрямую зависят от поведения должника в процессе их принятия или же в процессе рассмотрения банкротного дела.

Какие обязательства сохраняются после окончания банкротного дела независимоот поведения должника?

Для начала рассмотрим, какие обязательства гражданина Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве) относит к безусловно сохраняемым.

Перечень требований, которые сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина, установлен в п. 5 и 6 ст. 213.

28 Закона о банкротстве и выглядит следующим образом:

  • требования, возникшие после возбуждения дела о банкротстве (текущие платежи);
  • требования о возмещении морального вреда и вреда, причиненного жизни или здоровью;
  • требования о выплате заработной платы и выходного пособия;
  • требования о взыскании алиментов;
  • иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора;
  • требования о привлечении гражданина как контролирующего лица к субсидиарной ответственности;
  • требования о возмещении убытков, причиненных умышленно или по грубой неосторожности юридическому лицу, участником которого или членом коллегиальных органов которого являлся гражданин;
  • требования о возмещении убытков, причиненных умышленно или по грубой неосторожности в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве;
  • требования о возмещении вреда имуществу, причиненного умышленно или по грубой неосторожности;
  • требования о применении последствий недействительности сделки, признанной недействительной на основании ст. 61.2 или ст. 61.3 Закона о банкротстве.

Важно отметить, что вышеперечисленные требования сохраняют свою силу даже в том случае, если они не были заявлены в ходе процедур банкротства.

От вышеперечисленных обязательств должник-гражданин не будет освобожден независимо от того, насколько добросовестно он себя вел в своем деле о банкротстве и по отношению к своим кредиторам.

В то же время п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве вводит дополнительные условия, при наличии которых не допускается освобождение гражданина также от иных (не перечисленных выше) обязательств.

При совершении каких действий должникне будет освобожден от накопившихся долгов?

Установленные Законом о банкротстве критерии для неосвобождения гражданина от обязательств относятся к поведению должника как в рамках возбужденного банкротногодела, так и при принятии на себя долговой нагрузки.При этом, если недобросовестное поведение гражданина имело место в ходе банкротных процедур либо установлен фиктивный или преднамеренный характер банкротства, все требования кредиторов сохранятся в силе.

Если же установлен факт неправомерного поведения должника при принятии на себя обязательства либо при его погашении, сохранится именно конкретное требование, а от исполнения остальных обязательств гражданин все-таки может быть освобожден.

Закон о банкротстве указывает, что если гражданин совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество, то от исполнения приобретенной или непогашенной в результате данных действий задолженности гражданин освобожден не будет.

Пример из практики

В одном деле суды оценили действия должника, который уклонился от погашения кредитной задолженности после смерти залогодателя (третьего лица).

Кредитор, являвшийся наследником предоставившего залоговое обеспечение лица и погасивший кредитные обязательства должника, указывал на очевидно намеренные действия должника по прекращению платежей по кредиту после смерти залогодателя в отсутствие фактов изменения финансового положения. Суды признали доводы кредитора обоснованными и отказали в освобождении гражданина от погашения данной задолженности.

Постановление АС Западно-Сибирского округа от 31.08.2018 № Ф04-3400/2018 по делу № А45-12714/2017

Также на практике распространен отказ в освобождении от обязательств перед бюджетом, поскольку налоговые органы предоставляют материалы налоговых проверок и вынесенные на их основании судебные акты, устанавливающие факты сокрытия налогоплательщиком облагаемых налогами доходов, а также уклонение от уплаты обязательных платежей.

В то же время большую сложность представляют собой случаи, в которых кредиторы указывают на предоставление должником недостоверной информации при принятии на себя обязательств.

Здесь судам необходимо разбираться, что привело к искажению оценки финансового состояния должника: его недобросовестное поведение или неразумное? Имел ли должник сформированное намерение на введение кредитора в заблуждение о возможности исполнения обязательства или в силу недостаточной оценки своего финансового положения и жизненных обстоятельств ошибочно посчитал себя способным погасить принимаемые на себя долги?

Показательным в рассматриваемом аспекте является дело, в котором Верховный суд РФ сформулировал принцип, что предоставление должником при получении кредита достоверных сведений и одобрение банком такой кредитной заявки лишают банк права ссылаться на неразумность действий должника и его недобросовестность в связи с наращиванием долговых обязательств. Данное правило обусловлено особым статусом банков и наличием широкого спектра инструментов для проверки платежеспособности должника и наличия у него иных долгов. При этом последовательное наращивание кредиторской задолженности путем получения кредитов в различных банках может быть признано недобросовестным только в случае, если гражданин предоставил заведомо недостоверные сведения либо скрыл информацию, необходимую для оценки его кредитоспособности (Определение ВС РФ от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429 по делу № А41-20557/2016).

В практике судов есть яркие примеры споров, в которых должники представляют недостоверные сведения при получении кредитов.

Пример из практики

Одним из примеров предоставления недостоверных сведений заемщиком является следующий спор. Должник получил целевой заем на постройку дома, который, как выяснилось в ходе дела о банкротстве, был построен на год раньше обращения к кредитору за получением денежных средств.

Кроме того, должник скрыл от кредитора наличие у него второго несовершеннолетнего ребенка (иждивенца), влияющего на платежеспособность должника, и не осуществлял возврат денежных средств, очевидно имея такую возможность.

Оценив в совокупности данные факты, суд пришел к выводу о недобросовестном поведении должника и не освободил его от задолженности перед конкретным кредитором.

Постановление АС Поволжского округа от 01.11.2018 № Ф06-38510/2018 по делу № А12-33347/2017

Таким образом, суды исходят из того, что если должник при принятии на себя обязательств предоставлял кредитору полные и достоверные сведения о своей кредитоспособности и о цели получения денежных средств (если получал целевое финансирование), не совершал действий по сокрытию налогооблагаемого дохода, не уклонялся от погашения задолженности, то его поведение по отношению к кредиторам по принятию или погашению обязательств не должно признаваться недобросовестным.

Вместе с тем в отношении такого критерия, как уклонение от погашения задолженности, на практике могут возникнуть разногласия.

Например, очевидно, что направление денежных средств на строительство дополнительной пристройки к дому (и так имевшему достаточную жилую площадь) вместо исполнения обязательств перед кредиторами может быть квалифицировано как недобросовестное поведение.

А если должник исполнял обязательства перед одним кредитором, не гася задолженность перед другим? В такой ситуации необходимо оценивать, имел должник намерение погашать все долги и лишь ошибся в оценке своих финансовых возможностей или же он должен был понимать заведомую нехватку источников дохода для погашения всех обязательств? Не всегда ответ на поставленный вопрос может быть очевидным. Во многих случаях его разрешение будет зависеть от объема доказательств, представленных должником и кредиторами.

Источник: https://www.eg-online.ru/article/409732/

Недобросовестное поведение участников дел о банкротстве

Недобросовестное поведение кредитора в банкротстве

Недобросовестность поведения участников дела о банкротстве может быть признана арбитражным судом по собственной инициативе, если усматривается очевидное отклонение его (их) действий от поведения, изначально предполагаемого добросовестным. Такие отклонения могут выражаться, например, в злоупотреблении правом и в злоупотреблении корпоративной формой. Случаи таких злоупотреблений, рассмотрены в данной статье на конкретных примерах судебной практики.

Схема создания такой задолженности заключается в следующем. Перед подачей заявления в арбитражный суд о возбуждении процедуры банкротства, должник и дружественный ему кредитор заключают сделку, в результате которой у должника возникает кредиторская задолженность.

В действительности же такая сделка не сопровождается со стороны кредитора ни оказанием каких-либо услуг должнику, ни выполнением для него работ или поставок ему товаров.

При этом первичная документация по такой сделке надлежащим образом оформлена и создается видимость вступления кредитора и должника в соответствующие гражданско-правовые отношения.

Однако, сделка, лежащая в основе искусственного создания кредиторской задолженности, может быть признана недействительной судом по собственной инициативе, если ему станет очевидным отклонение действий участников такой сделки от добросовестного поведения из вновь открывшихся обстоятельств дела.

Такими обстоятельствами могут быть: аффилированность участников сделки, отсутствие материальных и иных возможностей для ее реального осуществления, а также ее экономической обоснованности и иных факторов, свидетельствующих об их недобросовестном использовании гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка должна быть признана недействительной.

Пройдите опрос по вероятности привлечения к СО

Характерным примером из судебной практики можно признать постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.03.2018, выступившим в качестве суда кассационной инстанции в Деле № А7—12524/2016 Арбитражного суда Тюменской области о банкротстве ООО «Сибирь Логистик».

Суд самостоятельно выяснил истинные намерения сторон и пришел к выводу об отсутствии у должника экономической выгоды и интереса обеспечивать своим поручительством исполнение заёмных обязательств.

Подтверждением такому выводу послужили действия сторон сделки, направленные не на исполнение обязательств должника, а на признание его банкротом, то есть действия во вред иным кредиторам. Суд признал данную сделку недействительной. 

Совершение мнимой сделки

Институт оспаривания сделок, в частности мнимых сделок, совершенных для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, является одним из базовых механизмов пополнения конкурсной массы должника и широко используемых в судебной практике производства дел о банкротстве.

Как было отмечено постановлениями Пленума Верховного суда РФ от 18 октября 2012 г. № 7204/12 и от 23 июня 2015 г. № 25 судам при оценке доказательств по делу необходимо обращать внимание не только на правильность их оформления, но и на иные доказательства, подтверждающие или опровергающие реальность спорной сделки, исходить из мотивов и смысла ее осуществления.

Типичным примером из судебной практики можно признать ситуацию, когда в рамках производства дела о банкротстве должника оспаривается его сделка по оплате им не существующей поставке ему товара.

Согласно договору поставки должнику был поставлен товар и должник эту поставку оплатил, свидетельством чему является правильно оформленная сопроводительная документация.

Однако конкурсный управляющий оспорил эту сделку как мнимую, целью которой был вывод активов должника в пользу поставщика, точнее — дружественного ему кредитора.

В качестве аргументов им было указано на отсутствие следов поставленного товара при инвентаризации имущества должника, невозможность его использования в хозяйственной деятельности должника, а также отсутствие у поставщика материально-технических возможностей поставить обозначенный товар на указанную сумму причем в нереально короткие сроки.

Суд принял доводы конкурсного управляющего убедительными, но требующими дополнительных подтверждений, и направил данное дело на новое рассмотрение, в результате которого вышеназванная сделка с высокой степенью вероятности будет оспорена на основании п.1 ст. 170 ГК РФ как мнимая, следовательно, ничтожная.

Использование юридического лица для недобросовестных целей

Схема такого использования юридического лица основана на его формальной юридической автономии, отсутствующей у него экономической самостоятельности и полной подконтрольностью другим лицам в рамках определенной корпоративной конструкции.

По сути, такое юридическое лицо — это потенциально жертвенная фигура с двойственным функционалом, а именно: с одной стороны, оно номинальный собственник имущества, с другой стороны, полностью контролируемое другими лицами, способными выводить его активы в одностороннем порядке и в размерах, сопряженных с его банкротством.

Подобный функционал открывает широкие возможности для злоупотребления корпоративной формой.

Российское законодательство предусматривает различные варианты «снятия корпоративного покрова» деятельности такого юридического лица.

Одним из них, осуществляемого в рамках дела о банкротстве, является субсидиарная ответственность контролирующих его лиц.

Законом о банкротстве определены признаки таких лиц, а также установлена их субсидиарная ответственность за невозможность основного должника полного погашения требований кредиторов.

Резонансным в этом отношении является определение Верховного суда РФ от 6 августа 2018 г. № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/2006 о банкротстве ООО «Дальняя степь» (должник), подтвердившего корпоративное использование данного должника в недобросовестных целях.

В данном определении подтверждены выводы предыдущих судебных инстанций по данному делу о подконтрольности должника другим структурам международной корпорации, участником которого он являлся.

Доказаны действия этих структур по инициированию вывода единственного актива должника (денежные средства на счете банка — участника корпорации) в условиях неисполнения обязательств на значительную сумму перед единственным кредитором — уполномоченным (налоговым) органом, что в итоге привело его к банкротству.

Контролирующие должника лица искусственно спровоцировали его банкротство, а потому должны нести субсидиарную ответственность в виду невозможности полного погашения требований кредиторов (кредитора — уполномоченного органа).

Также рекомендую прочитать эту статью

Какой срок привлечения к субсидиарной ответственности

О чем статья? О сроках привлечения к субсидиарной ответственности и лицах, на которых может быть возложена данная ответственность. Кому и чем  будет  полезна??

Продолжить чтение

Судом была выявлена недобросовестность сделки участников данного дела по заключению между ними мирового соглашения как сторон судебного спора, результатом которого явилось бы отмена ранее принятых судебных актов по данному делу и прекращение самого дела.

Следствием это стало бы лишение преюдициального характера выводов всех судов по данному делу, в том числе касающихся статуса ответчиков (структур международной корпорации) как контролирующих должника лиц и обязанных нести субсидиарную ответственность по его непогашенным обязательствам.

Суд отказал в удовлетворении ходатайства об утверждении мирового соглашения участников дела.

Таким образом, субсидиарная ответственность по делам о банкротстве призвана противодействовать злоупотреблениям корпоративной формой, а инициатива арбитражных судов и неформальный подход к рассмотрению ими дел позволяет выявлять и устранять подобные и иные недобросовестные поступки их участников.

Сложных моментов и «подводных камней» в законе о банкротстве достаточно. Разобраться во всем этом может только настоящий профессионал.

Пройдите опрос по вероятности привлечения к СО

Запишитесь и получите бесплатную консультацию по процедуре банкротства сейчас. 

Источник: https://rykov.pro/publications/praktika-priznaniya-arbitrazhnymi-sudami-nedobrosovestnogo-povedeniya-uchastnikov-del-o-bankrotstve/

Недобросовестный кредитор в банкротстве: как распознать

Недобросовестное поведение кредитора в банкротстве

Проблема аффилированных с должником кредиторов действительно актуальна.

Заявляя свои требования в реестр, должник (потенциальный недобросовестный кредитор), который прячется под корпоративной маской другого юридического или физического лица, может преследовать разные цели, но, как правило, их всего две: приобретение контроля над процедурой и (или) получение части денежных средств при распределении между кредиторами конкурсной массы.

Первая цель может быть достигнута и без включения требований аффилированных с должником кредиторов в реестр, например через упрощенную процедуру банкротства ликвидируемого должника. Однако если бенефициары должника захотят поучаствовать в распределении конкурсной массы, то они, безусловно, будут пытаться установить требование подконтрольной структуры в реестре.

Вряд ли можно описать стандартный портрет недобросовестного кредитора. Ужесточение судебной практики по данной категории споров заставляет бенефициаров должника использовать все более изощренные способы для включения требований подконтрольных им лиц в реестр. Однако несколько характерных черт выделить все же можно.

Крупный размер требований
Следует насторожиться, если в дело о банкротстве подано заявление о включении в реестр требования, размер которого приближается к размеру требований банков или составляет явно слишком большую сумму для соответствующего вида сделок или обязательств. Как правило, недобросовестные кредиторы выбирают наиболее простые основания для включения в реестр: заем, поручительство, векселя и прочие соглашения и сделки, не требующие большого объема сложной документации.

Фактическая взаимосвязанность должника и кредитора
В настоящее время Верховный Суд РФ занял проактивную позицию в борьбе с недобросовестными кредиторами, поэтому требования таких лиц становятся все более завуалированными и неотличимыми от требований независимых кредиторов.

На практике стали реже встречаться ситуации, когда в реестр включаются юридически аффилированные с должником кредиторы.

Намного чаще отношения должника и кредитора никак не формализованы: бенефициары выстраивают корпоративную структуру так, чтобы не допустить наличия корпоративных или родственных связей между различными юридическими лицами и их руководителями в группе.

В таком случае подлежат оценке обстоятельства, свидетельствующие о фактической взаимосвязанности должника и кредитора.

Например, в Определении от 15 июня 2016 г.

по делу № А53-885/2014 Верховный Суд РФ предложил следующие критерии фактической аффилированности: наличие в числе дебиторов и кредиторов одних и тех же лиц, пересечение основных видов деятельности, безвозмездное использование ресурсов и мощностей друг друга, одновременное инициирование процедуры банкротства в отношении должника и кредитора. Кроме того, наличие общих экономических интересов подтверждается фактом выдачи безвозмездного поручительства (или иного вида обеспечения) должника в пользу кредитора и наоборот.

Самого по себе установления фактической аффилированности для отказа в удовлетворении требования недобросовестного кредитора, разумеется, недостаточно. Однако в таком случае заявителю предлагается максимально высокий стандарт доказывания.

Если обычный кредитор при установлении требования в реестр должен представить ясные и убедительные доказательства наличия задолженности, то аффилированный кредитор обязан устранить любые разумные сомнения в реальности долга.

Такую позицию ВС РФ занял при рассмотрении дела № А32-43610/2015 (Определение от 13 июля 2018 г. № 308-ЭС18-2197).

Нестандартный характер сделок
Под «нестандартными» понимаются условия сделок и поведение лиц, несвойственные обычным участникам оборота.

Например, обычный арендодатель вряд ли будет долгое время ожидать оплаты долга от арендатора, не предпринимая никаких действий по взысканию задолженности и расторжению договора.

Такое поведение присуще только экономически зависимым друг от друга лицам.

Если при рассмотрении требования кредитора будет установлено отклонение от стандарта разумного поведения, то суд может обязать такого кредитора раскрыть разумные экономические мотивы совершения сомнительных сделок.

В некоторых случаях сделка, на основании которой кредитор включается в реестр, не содержит в себе никаких видимых пороков и юридически безупречна. Однако совокупность косвенных доказательств, касающихся юридической личности кредитора или обстоятельств заключения сделки, поможет кристаллизовать реальную волю сторон и поставить под сомнение сам факт исполнения обязательства.

Например, в одном из рассмотренных ВС РФ дел было установлено, что поставщик, требовавший от должника плату за якобы поставленное мясо, никогда ранее не занимался поставкой этого товара. Кроме того, было констатировано, что у поставщика физически не было ресурсов для приобретения такого объема продукции и его хранения.

Также сомнения у суда вызвали объемы поставки, совершенные в слишком короткие сроки объемы поставки . Но в то же время и договор, и накладные, и иные первичные документы не содержали никаких нарушений. Отменяя судебные акты нижестоящих инстанций, ВС РФ указал на необходимость проверить договор поставки на предмет мнимости (Определение от 25 июля 2016 г.

по делу № 305-ЭС16-2411, № А41-48518/2014).

Наличие судебного решения
Наиболее сложной представляется ситуация, когда кредитор включается в реестр требований кредиторов на основании вступившего в законную силу решения государственного или третейского суда. В рамках дела о банкротстве спорить с таким требованием практически невозможно.

Однако в соответствии с п. 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» решение суда о взыскании задолженности с банкрота можно оспорить в общем порядке, предусмотренном процессуальным законодательством.

При этом у лиц, подавших жалобу, появляются некоторые специальные возможности. Так, при обжаловании судебного акта конкурсные кредиторы могут представить новые доказательства и доводы, которые не заявлялись в суде первой инстанции. Тем не менее на практике такое обжалование не всегда эффективно.

Аргументы о наращивании кредиторской задолженности для целей уменьшения числа независимых кредиторов не столь очевидны для судей, не рассматривающих на постоянной основе дела о банкротстве.

Часто кредиторы подают жалобы, но при этом по объективным причинам не имеют никаких прямых доказательств отсутствия права на получениефиктивности задолженности, взысканной другим кредитором с банкротадолга у другого кредитора. Позиция строится на критике доказательств оппонентов и попытках выявить истинную волю сторон.

Для судьи, специализирующемся на делах о банкротстве, это стало бы достаточным основанием для проверки требования кредитора под микроскопом. Но при ординарном обжаловании такие доводы не всегда срабатывают, и недобросовестным кредиторам иногда удается «проскочить».

Особенно сказанное касается системы судов общей юрисдикции, в которых большое внимание уделяется защите прав граждан. Поэтому доказать недобросовестность физического лица в суде общей юрисдикции намного сложнее, чем при рассмотрении дел в арбитражных судах.

Бремя доказывания меняется в сторону возражающего лица
Важную роль играет распределение бремени доказывания при рассмотрении требований кредиторов. Общая обязанность доказывания каждой стороной тех обстоятельств, на которые она ссылается, в делах о банкротстве изменяется в пользу лица, возражающего против включения требования в реестр.

Как справедливо отметил Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в Постановлении от 13 мая 2014 г. № 1446/14 по делу № А41-36402/2012, конкурсный кредитор объективно ограничен в возможности доказать фиктивность требования о долге у другого кредитора.

В такой ситуации достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии задолженности. Для добросовестного лица не составит труда опровергнуть любые сомнения и представить объективные доказательства.

Эта позиция Президиума ВАС РФ не утратила актуальности и в настоящее время (Определение ВС РФ от 11 сентября 2017 г. № 301-ЭС17-4784 по делу № А38-1381/2016).

Несмотря на активную работу ВС РФ по борьбе с подконтрольными (аффилированными) кредиторами при банкротстве, проблема недобросовестных кредиторов пока сохраняется.

Источник: https://www.advgazeta.ru/mneniya/nedobrosovestnyy-kreditor-v-bankrotstve-kak-raspoznat/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.